168 СТРЕЛКОВАЯ ДИВИЗИЯ В ЗИМНЕЙ ВОЙНЕ С ФИНЛЯНДИЕЙ 1939 – 1940 гг.

КРАТКАЯ СПРАВКА О СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОЙ ВОЙНЕ:
 в 8 часов утра 30 ноября, под предлогом пресечения вооруженных провокаций со стороны Финляндии, войска Ленинградского военного округа перешли границу Финляндии на Карельском перешейке и в других районах. Начавшаяся советско-финляндская война длилась 105 дней. Её события можно условно разделить на три периода. Первый - с 30 ноября по 26 декабря 1939 года (от начала и до приказа о приостановке наступательных действий). Второй — с 27 декабря 1939 по 10 февраля 1940 года (подготовка к прорыву «линии Маннергейма»), а третий — с 11 февраля по 13 марта 1940 года (прорыв «линии Маннегрейма» и подписание Московского договора, определившего новую линию границы).

 


168-я стрелковая дивизия была сформирована в Череповце в августе-сентябре 1939 года для  участия в советско-финляндской войне. Формировалась она во время «учебных сборов» резервистов, в основном из жителей северо-западных областей России, в том числе Архангельской и Вологодской. В частности, из города Красавино Великоустюгского района Вологодской области призывался на сборы Котласским райвоенкоматом Архангельской области мой отец – рядовой запаса, орудийный слесарь Плотников Иван Матвеевич, 1910 года рождения. Этот личный мотив и стал первопричиной поисков материалов по участию дивизии в той «незнаменитой» войне. Сегодня трудно сказать – живы ли ветераны дивизии – участники тех событий, но в любом случае остались их дети и внуки, которым небезразлично было бы узнать подробности военного участия родного им человека. Публикуя этот материал, надеюсь на отклики и сотрудничество, пополнение материала из воспоминаний людей, причастных, хотя бы косвенно, к событиям «зимней войны».

Из военного билета Плотникова И.М. - участника советско-финляндской войны

 

*  *  *
Дивизия, сформированная из «запасников» и впервые призванных на военную службу молодых ребят, нуждалась в серьёзной подготовке, но времени было мало, обучение солдат велось лишь простейшему военному делу, а командиры не успели  овладеть в полной мере  управлением войсками в сложных природных условиях северной зимы. В дивизии так и не был сформирован гаубичный артполк, а дивизионный автотранспорт, поступивший из разных ведомств и организаций, более чем наполовину требовал ремонта.  
Дивизия с момента её формирования носила неофициальное наименование "Бондаревская"  по имени первого командира дивизии, участника Гражданской войны Бондарева Андрея Леонтьевича.

Плотников Иван Матвеевич накануне призыва на войну

ИЗ РАССКАЗА  ВЕТЕРАНА СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОЙ ВОЙНЫ В СОСТАВЕ 168-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ РЯДОВОГО ПЛОТНИКОВА ИВАНА МАТВЕЕВИЧА

                «В 1939 году я жил в Красавино Великоустюгского района Вологодской области, работал машинистом паровоза на  узкоколейке  льнопрядильной фабрики, к тому времени отслужил армию в Кронштадте, женился. И вдруг, повестка из военкомата на военные сборы.
Сначала нас везли в Вологду рекой на барже, добавляли по пути резервистов и призывников, а затем  по железной дороге в Череповец. Там на сборном пункте встретил односельчанина -  Аноховского  Александра Васильевича  из деревни Егово Котласского района Архангельской области. Аноховский А.В. был назначен в обоз, возчиком. А меня поставили на ремонт пушек слесарем. Потом железнодорожным эшелоном мы прибыли на станцию «Лодейное поле».

 

К 14 сентября дивизия была переброшена на границу в район Видлицы и вошла в состав 56 стрелкового корпуса 8-й армии. Армия заняла 380-километровый фронт, то есть в среднем 76 км на дивизию. Понятно, что в таких условиях сплошной линии фронта быть не могло, и каждая дивизия действовала сама по себе, не имея соприкосновения  на флангах с другими дивизиями. Дивизии 56-го армейского корпуса Черепанова наступали в непосредственной близости от северного берега Ладоги. Армии предстояло действовать на наиболее важном направлении, выводившем в обход Ладожского озера в тыл линии Маннергейма. На этом направлении финны сосредоточили до трех пехотных дивизий, опиравшихся на хорошо подготовленный для обороны рубеж по линии Толвоярви — станция Лоймола — Кителя — река Ук-супйоки. Между укрепленным оборонительным рубежом и государственной границей финны создали полосу заграждений, насыщенную полевыми укреплениями.  Здесь имелись проволочные заграждения, противотанковые рвы, завалы и минные поля. Особенно густая сеть минных полей и фугасов была в районе дорог. Ряд населенных пунктов (Корписельскя, Суоярви, Салми и др.) был превращен в сильные узлы сопротивления.
Пять дивизий 8-й Армии (действуя  независимо друг от друга) должны были наносить удары по расходящимся направлениям. Уже позже, в апреле 1940 года, выступая на совещании по итогам финской войны, командующий артиллерией 8-й армии комбриг Н.А. Клич справедливо указал изъяны этого плана: "К началу войны 8-я армия начала наступление фактически "растопыренными пальцами" — 5 дивизий на пяти направлениях. Территория не была подготовлена для действий крупных воинских частей. Почему это произошло? Потому, что общий оперативный план не учитывал важности петрозаводско-сортавальского направления".

Первый день войны с Финляндией. Горят подожженные финскими пограничниками дома.  ЦГАКФФД СПб.

168-я дивизия  к 10 декабря форсировала реку Ук-супйоки, и  заняла город Питкяранта, а к 14 декабря вышла в район Кителя.    К этому моменту части 18-й и 168-й дивизий и поддерживавшей их танковой бригады продвинулись на 45-50 км и вышли в район Леметти.  В последующие двое суток продвижение в западном и северо-западном направлении проходило уже с более упорными боями. 18 декабря 1939 г. 367 стрелковый полк 168-й дивизии занял населенный пункт Вурилампи, после чего левофланговые части 56-го стрелкового корпуса продвижения уже не имели.  В ходе этих  боёв  168-я стрелковая дивизия потеряла около 3000 человек убитыми и ранеными,  сказывалась усталость бойцов.

Историческая справка о судьбе командира 168 стрелковой дивизии Андрее Леонтьевиче Бондареве:
Полковник Андрей Леонтьевич Бондарев был назначен командиром 168 стрелковой дивизии 23.8.1939.  Он родился в деревне Бондарев нынешней Курской области 20.8.1901.  Призван в Красную Армию в 1921. Окончил Киевскую объединенную военную школу в 1927 году.  Проходил службу в Ленинградском военном округе до 1938 года.  В начале Великой Отечественной войны командовал 168 сд на Сортавальском направлении и 8 Армией Ленинградского фронта.  Генерал-майор 7.10.1941. Командир стрелковых корпусов на различных фронтах в 1943-45.  Генерал-лейтенант 28.4.1943. Командир 37 гвардейского воздушно-десантного корпуса в 1947-50, помощник командующего 7 Гвардейской Армии до 1955 года. Уволен с военной службы по болезни 30.10.1955. Умер 23.9.1961.Источник: ЦАМО РФ. Служебная карточка.

Финны, по мере накопления сил, воспользовались своим превосходством в лыжной подготовке и разрывами в боевой линии и стали проникать в тыл советских дивизий, прерывая их коммуникации и минируя дороги. Финны умело использовали местность, а также хорошо применяли службу заграждений. Оборонительные позиции финнов были хорошо замаскированы и расположены в удалении 3-5 км одна от другой. Все они были оборудованы еще в мирное время и состояли из проволочных заграждений в 5-10 рядов, противотанковых рвов, минных полей и деревянно-земляных сооружений полевого типа, усиленных камнями. К 22 декабря части 56-го стрелкового корпуса окончательно перешли к обороне. Уже первые нападения финских отрядов на немногочисленные дороги заставили командование 56-го корпуса вывести с фронта для их охраны 83-й танковый батальон 34-й танковой бригады, а затем и роту 82-го батальона.  Тем не менее к 26 декабря финнам удалось создать два минированных завала на дороге Лаваярви-Леметти в районе Уома и к 28 декабря полностью прервать сообщение по этой трассе.  Командование 56-го корпуса сразу же попыталось ликвидировать опасную ситуацию. В период с 1 по 5 января 1940 г группа войск корпуса в составе 82 танкового батальона, двух рот 179 мотострелкового батальона, батальона 97 стрелкового полка и некоторых тыловых подразделений неоднократно атаковала позиции финнов в районе Уома. Однако, несмотря на упорство, проявленное советскими солдатами и командирами, ему не удалось прорвать оборону противника и провести в Леметти колонну из 168 машин с продовольствием, боеприпасами и горючим. 

Схема наступления дивизий 8-ой армии РККА

168-я стрелковая дивизия с начала военных действий была в полуокружении и к 13 февраля имела потери около 6 тысяч человек в людском составе и около 50-60% конского состава. Подвоз дивизии всего необходимого производился по льду Ладожского озера, от Питкяранта на Коириная, и был крайне нерегулярным, так как трасса находилась под огнем противника с материка и ближайших островов. В дивизии ощущался недостаток продуктов питания и боеприпасов. Дивизия могла ещё обороняться, но не была способна к активным боевым действиям. Расчленить оборону, сидевшей на берегу Ладожского озера 168-й стрелковой дивизии, финнам не удалось. Все их атаки были отбиты, и дивизия продержалась в осаде до марта 1940 года, благодаря  действовавшей по льду Ладожского озера линии снабжения.

ИЗ РАССКАЗА ВЕТЕРАНА СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОЙ ВОЙНЫ В СОСТАВЕ 168-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ РЯДОВОГО ПЛОТНИКОВА И.М.:
«Наш артиллерийский дивизион продвигался первое время быстро. Конная тяга, накатанные дороги способствовали этому. Но были и задержки из-за обстрелов артиллерией финнов. Куда движемся -  нам не говорили, но прошёл слух, что движемся в направлении города Пяткаранта. Обстреливали нас и мелкие подразделения финских военных лыжников. Были «кукушки»-снайперы на деревьях. Но они  быстро ликвидировались. Одного такого видел. На дереве был замаскирован финский снайпер. Он был привязан к дереву, и замёрз насмерть. Винтовку с трудом от него оторвали. В  каком-то селении нас обстреляли из пулемета с церковной колокольни. Движение застопорилось. Потом, когда пулеметная точка была подавлена, нам командиры рассказали, что обстреливала финская женщина-пулеметчица. Её сбросили с колокольни разозлённые красноармейцы   - немало наших полегло под веером её пулеметных очередей. Эта женщина какое-то время лежала мёртвой у  колокольни, труп не убирали. Мы ходили смотреть, и было для нас дико, что женщина воевала».

Уже 8 января финны разбросали с самолетов листовки следующего содержания: ”Бойцы 18 и 168-й дивизий! Вам известно, что вы окружены и все ваши связи с Родиной порваны. Почему вы
продолжаете эту ненадежную  борьбу против нашего перевеса, мороза и голода. Обоз 8-й армии, которого вы ожидаете, финны истребили около Сальми. Предлагаем вам немедленно сдаться”. Из другой листовки: ”Не вы виноваты в нападении в Финляндию, это затеяли ваши командиры и комиссары, поджигатели войны. Мы это знаем и не хотим проливать вашу кровь. Советуем вам следующее: ЗДАЙТЕСЬ ! Для этого вы должны выбрать из своей среды переговорщиков, которые должны явиться завтра утром в 9 часов в следующие места:
1. У полотна железной дороги в Кителя
2. На перекрестке у Руокоярви
3. У Рухтинамяки
4. В дер.Лаваярви
5.На мосту 5 километров на юг от Уксу.  

Советский пулеметный расчет в бою.
Из коллекции Баира Иринчеева

Переговорщики должны быть безоружными и иметь кол с белым платком. Так уже зделали тысячи ваших товарищей на севере будьте рассудительными и следуйте их примеру. Командир и солдаты 4-й финской армию". Помимо грамматических и лексических ошибок листовки содержат наивное заблуждение финнов, что русские солдаты так просто сдадутся на милость врагу.
Для удобства управления 10 января 1940 года из 8-й армии выделили южную группу войск, которая 12 февраля была преобразована в 15-ю армию (командир – командарм 2-го ранга М.Ковалев, с 25 февраля – командарм 2-го ранга В.Курдюмов). В состав армии вошли окруженные части (18, 168-я стрелковые дивизии и 34-я танковая бригада), а также новоприбывшие 11, 37, 60, 72-я стрелковые, 25-я мотокавалерийская дивизии и три воздушно-десантных бригады. Задача армии – восстановление связи с окруженными частями, овладение островами Максимансаари, Паймионсаари и Петяйясаари на Ладожском озере и в дальнейшем наступление на Сортавалу.

ИЗ РАССКАЗА ВЕТЕРАНА СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОЙ ВОЙНЫ В СОСТАВЕ 168-й СТРЕЛКОВОЙ ДИВИЗИИ РЯДОВОГО ПЛОТНИКОВА И.М.:
Когда оказались в окружении, то нам казалось, что это ненадолго – подойдут свежие силы, разгромят финские войска, и мы пойдём вперёд. Но этому не суждено было быть ни в январе, ни в феврале, и только в марте разорвали кольцо блокады. Я попал в госпиталь с обморожением ног, но обошлось – ноги остались целы, а многим обрезали ступни и пальцы на ногах.
В окружении было не только холодно - мы сильно голодали. Запасы пищи были небольшие, в основном пшенный и гороховый концентрат и он закончился очень быстро. С самолетов, правда,  сбрасывали мешки с продуктами - это были галеты. Иногда доставалось по 2-3 штуки. Выручило то, что в артдивизионе была конная тяга. Ели конское мясо убитых лошадей, благо были морозы – сначала вырезали куски получше, а потом съели и остатки – варили копыта и кожу. Где-то в первых числах марта я вновь встретил своего земляка Аноховского. он с санным обозом продовольствия прорвался к нам под сильным артогнём. Многие погибли, а ему повезло – у него оторвало осколком только полу шинели.

16-19 января противник предпринял новое наступление, и было образовано внешнее кольцо окружения, так же финнам удалось выйти на подступы к Питкяранта - главному пункту снабжения и сосредоточения советских войск. Они даже попытались с ходу взять город, но штурм был отражен.  В результате  действий финских войск значительно уменьшились возможности оказания помощи нашим  окруженным войскам путем прорыва в район блокады. Помимо этого финны овладели рядом островов:  Петя-саари, Зуб, Максиман-саари и Лункулан-саари. Таким образом, противник получил возможность угрожать левому флангу Армии производством диверсий на дорогах и обстреливать ледовую коммуникацию, по которой шло снабжение 168 стрелковой дивизии, фланги обороны которой опирались на Ладожское озеро. Дивизия, сохранив за собой несколько важных высот, всё же устояла. Финны, ободренные успехом боев второй декады января, попытались, правда, расчленить оборону дивизии, но после нескольких неудачных атак перешли к осаде, беспокоя время от времени артиллерийскими налетами.
9 февраля войска 8-го стрелкового корпуса, вошедшего в состав южной группы 8-й армии,  начали наступление с целью деблокады 18 и 168-й дивизий. Однако оно не получило развития: продвинувшись на расстояние от нескольких сот метров до полутора километров, части корпуса остановились и стали закрепляться на завоеванных большой кровью позициях. После этого блокада вновь усилилась, положение наших подразделений вновь ухудшилось. Впрочем, финнам эти победы давались тоже не бескровно. Их батальоны значительно поредели.

Советские бойцы осматривают трофейные орудия 2-го отдельного артиллерийского дивизиона. ЦГАКФФД СПб.

В марте 1940 года советские части после нескольких неудачных попыток деблокировали 168-ю стрелковую дивизию ударами по финским гарнизонам на островах Ладожского озера и ударом 11-й стрелковой дивизии из района Питкяранта.
Наступление началось 6 марта, к вечеру все три острова были заняты, а также установлена связь с окруженной 168-й стрелковой дивизией. До конца войны части армии сумели продвинуться еще на несколько километров в направлении на Питкяранта.
По документам соединения 168-й стрелковой дивизии понесли серьёзные  потери - 6742 человека убитыми, ранеными и пропавшими без вести.
Советско-финляндская война закончилась ровно в 11 часов дня 13 марта 1940 года по финскому времени или в 12 часов по московскому времени. Последние часы войны противники потратили на сведение последних счетов друг с другом и постарались выпустить друг в друга как можно больше снарядов и пуль.

 

*  *  *

Карта окрестностей города Питкяранта.

Сегодня Питкяранта — районный центр, где проживает 14,3 тыс. человек. Город расположен близ дорог на Петрозаводск и Суоярви, а также близ множества памятных мест и достопримечательностей. Здесь, в 19 км от города Питкяранта, где шли наиболее кровопролитные бои,  в «Долине героев» — первый памятник жертвам Зимней войны 1939—1940 гг. «Крест скорби». Это памятник высотой более 5 метров с ликами двух скорбящих матерей — российской и финской — отлит из чугуна в 2000 году и установлен в этот же год 27 июня. Инициаторами его сооружения выступили ветераны и родственники погибших воинов. Решение о сооружении памятника было принято в октябре 1992 года в соответствии с Соглашением между Правительством Российской Федерации и Правительством Финляндской Республики о сотрудничестве в увековечении памяти российских (советских) военнослужащих в Финляндии и финских военнослужащих в России, погибших во второй мировой войне от 11 июля 1992 года. В 1993 году был объявлен открытый международный конкурс на лучший проект памятника, на который было заявлено 14 работ. 1 февраля 1994 года жюри объявило победителя - известного петрозаводского скульптора, академика Лео Ланкинена, представившего проект пятиметрового креста, по противоположным сторонам которого изображены скорбящие по погибшим русская и финская матери. К маю 1996 года была готова модель креста в натуральную величину, однако болезнь и смерть автора прервали работы. Окончательную доводку памятника осуществил карельский скульптор Эдуард Акулов. Карельский архитектор Лиа Карма выполнила планировку места размещения памятника. Были привлечены специалисты по ландшафтному проектированию из города Куопио Сеппо Хиекала и Сеппо Розенберг. Общее руководство проектом осуществлял петрозаводский архитектор Вячеслав Шевляков. Средства на сооружение памятника были получены от министерства культуры Российской Федерации, мэрии города Куопио и из частных пожертвований.

Материал подготовил Виталий Плотников, город Котлас, 2010 г

Памятник соетским и финским воинам, погибшим на Зимней войне. Леметти, республика Карелия, Россия


ЛИТЕРАТУРНОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ

ТВАРДОВСКИЙ АЛЕКСАНДР ТРИФОНОВИЧ О СОВЕТСКО-ФИНЛЯНДСКОЙ ВОЙНЕ

Стихотворение «Переправа» Александром Твардовским было написано под впечатлением событий 7 декабря 1939 года на переправе у Кивиниеми. Оно впоследствии стало частью поэмы «Василий Теркин» о Великой Отечественной войне, слово «финн» в стихотворении было заменено на «фриц».

Переправа, переправа!
Берег левый, берег правый.
Снег шершавый, кромка льда…
Кому память, кому слава,
Кому темная вода, —
Ни приметы, ни следа.
Ночью, первым из колонны,
Обломав у края лед,
Погрузился на понтоны
Первый взвод.
Погрузился, оттолкнулся
И пошел. Второй за ним.
Приготовился, пригнулся
Третий следом за вторым.
Как плоты, пошли понтоны.
Громыхнул один, другой
Басовым, железным тоном,
Точно крыша под ногой.
И плывут бойцы куда-то,
Притаив штыки в тени.
И совсем свои ребята
Сразу — будто не они.
Сразу будто не похожи
На своих, на тех ребят:
Как-то все дружней и строже,
Как-то все тебе дороже
И родней, чем час назад.
Поглядеть — и впрямь — ребята!
Как, по правде, желторот,
Холостой ли он, женатый,
Этот стриженый народ.
Но уже идут ребята,
На войне живут бойцы,
Как когда-нибудь в двадцатом
Их товарищи — отцы.
Тем путем идут суровым.
Что и двести лет назад
Проходил с ружьем кремневым
Русский труженик-солдат.
Мимо их висков вихрастых,
Возле их мальчишьих глаз
Смерть в бою свистела часто
И минет ли в этот раз?
Налегли, гребут, потея.
Управляются с шестом.
А вода ревет правее —
Под подорванным мостом.
Вот уже на середине
Их относит и кружит…
А вода ревет в теснине,
Жухлый лед в куски крошит,
Меж погнутых балок фермы
Бьется в пене и в пыли…
А уж первый взвод наверно,
Достает шестом земли.
Позади шумит протока,
И кругом — чужая ночь.
И уже он так далеко,
Что ни крикнуть, ни помочь.
И чернеет там зубчатый,
За холодною чертой,
Неподступный, непочатый
Лес над черною водой.
Переправа, переправа!
Берег правый, как стена…
Этой ночи след кровавый
В море вынесла волна.
Было так: из тьмы глубокой,
Огненный взметнув клинок,
Луч прожектора протоку
Пересек наискосок.
И столбом поставил воду
Вдруг снаряд. Понтоны — в ряд.
Густо было там народу —
Наших стриженых ребят…
И увиделось впервые,
Не забудется оно:
Люди теплые, живые
Шли на дно, на дно, на дно…
Под огнем неразбериха —
Где свои, где кто, где связь?
Только вскоре стало тихо, —
Переправа сорвалась.
И покамест неизвестно,
Кто там робкий, кто герой,
Кто там парень расчудесный,
А наверно, был такой.
Переправа, переправа…
Темень, холод. Ночь как год.
Но вцепился в берег правый,
Там остался первый взвод.
И о нем молчат ребята
В боевом родном кругу.
Словно чем-то виноваты,
Кто на левом берегу.
Не видать конца ночлегу.
За ночь грудою взялась
Пополам со льдом и снегом
Перемешанная грязь.
И усталая с похода,
Что б там ни было, — жива,
Дремлет, скорчившись, пехота,
Сунув руки в рукава.
Дремлет, скорчившись, пехота,
И в лесу, в ночи глухой
Сапогами пахнет, потом,
Мерзлой хвоей и махрой.
Чутко дышит берег этот
Вместе с теми, что на том
Под обрывом ждут рассвета,
Греют землю животом, —
Ждут рассвета, ждут подмоги,
Духом падать не хотят.
Ночь проходит, нет дороги
Ни вперед и ни назад…
А быть может, там с полночи
Порошит снежок им в очи,
И уже давно
Он не тает в их глазницах
И пыльцой лежит на лицах —
Мертвым все равно.
Стужи, холода не слышат,
Смерть за смертью не страшна,
Хоть еще паек им пишет
Первой роты старшина.
Старшина паек им пишет,
А по почте полевой
Не быстрей идут, не тише
Письма старые домой,
Что еще ребята сами
На привале при огне
Где-нибудь в лесу писали
Друг у друга на спине…
Из Рязани, из Казани,
Из Сибири, из Москвы —
Спят бойцы. Свое сказали
И уже навек правы.
И тверда, как камень, груда,
Где застыли их следы…
Может — так, а может — чудо?
Хоть бы знак какой оттуда,
И беда б за полбеды.
Долги ночи, жестки зори
В ноябре — к зиме седой.
Два бойца сидят в дозоре
Над холодною водой.
То ли снится, то ли мнится,
Показалось что невесть,
То ли иней на ресницах,
То ли вправду что-то есть?
Видят — маленькая точка
Показалась вдалеке:
То ли чурка, то ли бочка
Проплывает по реке?
— Нет, не чурка и не бочка
— Просто глазу маета.
— Не пловец ли одиночка?
— Шутишь, брат. Вода не та!
Да, вода… Помыслить страшно.
Даже рыбам холодна.
— Не из наших ли вчерашних
Поднялся какой со дна?..
Оба разом присмирели.
И сказал один боец:
— Нет, он выплыл бы в шинели,
С полной выкладкой, мертвец.
Оба здорово продрогли,
Как бы ни было, — впервой.
Подошел сержант с биноклем.
Присмотрелся: нет, живой.
— Нет, живой. Без гимнастерки.
— А не финн? Не к нам ли в тыл?
— Нет. А может, это Теркин? —
Кто-то робко пошутил.
— Стой, ребята, не соваться,
Толку нет спускать понтон.
— Разрешите попытаться?
— Что пытаться!
— Братцы, — он!
И, у заберегов корку
Ледяную обломав,
Он как он, Василий Теркин,
Встал живой, — добрался вплавь.
Гладкий, голый, как из бани,
Встал, шатаясь тяжело.
Ни зубами, ни губами
Не работает — свело.
Подхватили, обвязали,
Дали валенки с ноги.
Пригрозили, приказали
— Можешь, нет ли, а беги.
Под горой, в штабной избушке,
Парня тотчас на кровать
Положили для просушки,
Стали спиртом растирать.
Растирали, растирали…
Вдруг он молвит, как во сне:
— Доктор, доктор, а нельзя ли
Изнутри погреться мне,
Чтоб не все на кожу тратить?
Дали стопку — начал жить.
Приподнялся на кровати:
Разрешите доложить.
Взвод на правом берегу
Жив-здоров назло врагу!
Лейтенант всего лишь просит
Огоньку туда подбросить.
А уж следом за огнем
Встанем, ноги разомнем.
Что там есть, перекалечим,
Переправу обеспечим…
Доложил по форме, словно
Тотчас плыть ему назад.
— Молодец! — сказал полковник.
Молодец! Спасибо, брат.
И с улыбкою неробкой
 Говорит тогда боец:
— А еще нельзя ли стопку,
Потому как молодец?
Посмотрел полковник строго,
Покосился на бойца.
— Молодец, а будет много
 Сразу две.
— Так два ж конца…
Переправа, переправа!
Пушки бьют в кромешной мгле.
Бой идет святой и правый.
Смертный бой не ради славы,
Ради жизни на земле.

 

Литература:

  1. Дудорова О. Неизвестные страницы “Зимней войны” // Военно-исторический журнал, 1991 г., №9; 
  2. Книга памяти. Советско-финляндская война 1939-1940 / Под ред.  А.П. Крюковских. ― СПб.: Вести, 2001.Т. 1;
  3. Носков А.М.  Северный узел // Военно-исторический журнал, 1990 г.,  №7;
  4. Маннергейм К.Г.  Мемуары. М., Вагриус, 1999 г.;
  5. Мерецков. На службе народу.
  6. Семиряга М.И. Советско-финляндская война // Знание, серия «Защита Отечества», 1990 г., №3;
  7. Широкорад А.Б. Северные войны России; М.: ACT; Мн.: Харвест, 2001 г.;

 

Интернетресурсы:

  1. Грибакин А., Кирсанов Н.,  Советско-финская война: хроника событий///www.winterwar.ru/page9.htm
  2. Иринчеев  Баир, Оболганная победа Сталина. Штурм линии Маннергейма//lib.ololo.cc/b/211597/readма;
  3. Килин Ю. М. (Петрозаводский государственный университет), Боевые действия на участке 8-й армии//winterwar.karelia.ru/site/battle/karelia/8/?lang=rus
  4. Переводика//perevodika.ru/articles/11218.html;
  5. Советско-финская война///www.ref.by/refs/33/28737/1.html;

 

 

Hosted by uCoz